В Приамурье детей приносили не аисты

Появление на свет нового человека во все времена было, есть и будет одним из самых волнительных и важных событий в жизни семьи. С какими обрядами и традициями были связаны беременность, подготовка к родам и сами роды у народов Приамурья, попробуем разобраться вместе со специалистом – доктором исторических наук, профессором Сергеем Березницким.
При всей несхожести проживающих в разных странах людей, есть нечто универсальное, что объединяет всех обитателей планеты Земля. Забота о своем будущем поколении, например. Беременная женщина, будь это какая-нибудь мадам в Париже, синьора в Риме или гольдка в нанайском стойбище, оказывалась на время в особом статусе. Будущую мать берегли от переохлаждения и стрессов, старались не перегружать тяжелой физической работой.
Новорожденные дети нередко умирали. Иногда несчастье и болезни приключались и с самими роженицами. Чтобы уберечь маму вместе с ребенком, ее семья прибегала к помощи потусторонних сил – духов.
Пытаясь наладить контакт с духами и тем самым заручиться их поддержкой, жители Приамурья соблюдали особые, ритуальные действия, передавая их от поколения поколению. Прежде всего, нужно было скрыть от злых духов сам факт того, что женщина ждет ребенка. А потому вплоть до самых родов накладывался строгий запрет на пошив детской одежды. В крайнем случае разрешалось приготовить детали будущих нарядов младенца и сшить их уже после его появления на свет.
Аналогичный запрет накладывался на покупку игрушек и любых других детских товаров. Нельзя было также говорить ни о родах, ни о будущем ребенке. Если в период беременности умирал кто-то из родственников женщины, на похороны ее не звали, даже если это были ее родители. Если же в стойбище устраивали медвежий праздник, беременную просили не смотреть в эту сторону, чтобы не навредить себе и не спугнуть охотничью удачу мужчин всего рода.
У эвенков было принято запрещать беременным есть медвежье мясо, иначе ребенок вырастет таким же вредным и упрямым как медведь.
– С одной амгуньской эвенкийкой, нарушившей в период беременности магический запрет, произошел такой случай. Она засмеялась, глядя, как ее кот играется с заячьей шкуркой и дерет когтями ушки. Когда у нее родился младенец, то одного уха у него не было совсем, другое было искалеченным (Архив ИИАЭНДВ, Д. 585). Таким образом мать своим смехом совершила грех, и духи, по словам эвенков, наказали ее, – приводит архивные данные Сергей Березницкий.
Определенные запреты накладывались и на родственников женщины в период ее беременности. Так, например, будущий отец ребенка должен был очень осторожно обращаться с острыми предметами, такими как нож или топор. Существовало поверье, что любая полученная в этот период рана отца обязательно скажется на здоровье ребенка. Если, например, отец поранил палец, то его ребенок родится без пальца. Более того, запреты и ограничения налагались даже и на некоторые действия мужа: сломал кость животному – жди появления на свет неполноценного, больного ребенка.
У нанайцев, нивхов и ульчей накануне родов было принято развязывать узлы и открывать замки. У удэгейцев пуповину родившегося младенца перерезали обожженной на огне стрелой на соболя или на выдру. Практически у всех предков коренных малочисленных народов Севера Хабаровского края было принято накануне родов отселять роженицу в отдельное помещение.
Если роды удэгейки были тяжелыми, и ребенок долго не появлялся на свет, ее сородичи считали, что женщина забеременела «не от того» мужчины. Тогда из гнилого дерева изготавливали его фигуру, подносили ее к лицу старой женщины, и она плевала на деревянную фигурку жеванной икрой, произнося вслух его имя и род.
Если младенец умирал при родах или рождался мертвым, его хоронили в земле, чтобы душа его не вернулась к хозяйке детских душ «Тагу мама» и затем не переселилась бы в тело другой беременной женщины, чтобы сгубить и ее тоже.
Некоторое время после родов женщина у амурских народов считалась «нечистой». Ей запрещалось употреблять в пищу дичь и спать в одной постели с мужем.
Рождение близнецов считалось неординарным событием в жизни всего рода и связывалось с воздействием духов животных-предков. Причем эти духовные субстанции могли быть и добрыми, и злыми.
У орочей, удэгейцев и ульчей рождение близнецов считалось хорошим событием для всего рода, так как духи, имевшие отношение к зачатию детей, отныне будут всегда помогать своим «родственникам». А сами близнецы, по древнему поверью, были определены помогать сородичам во всех хороших делах и, прежде всего, в промыслах. Поэтому сородичи приходили в дом и приносили подарки для матери. Впрочем, по мнению кольчёмских ульчей, самих близнецов ждала несчастливая и трудная судьба.
У нивхов существовало поверье о том, что обидев близнецов, человек обрекал себя на несчастья. Как минимум, он в будущем сломает себе палец.
А вот «магические» способы защиты новорожденного от злых духов у всех коренных малочисленных народов Севера Хабаровского края в древности были универсальными. Амулеты для близнецов изготавливали из костей и когтей убитых животных. Считалось, что душа зверя находится в его костях, а потому, с помощью амулета, рассчитывали передать детям часть желаемых качеств животного.
Ульчи, например, чтобы отпугнуть злых духов и вырастить детей сильными и смелыми, привешивали над детской колыбелькой зубы и когти медведя. Когти рыси нашивали на одежду детей, чтобы они выросли и стали хорошими мастерами: девочки – искусными швеями, мальчики – резчиками.

При подготовке публикации были использованы материалы культурно-просветительского издания «Словесница искусств»