Версия для слабовидящих
17 Июля 2020

Кризис - пилюля горькая, но искать выход из ситуации нужно...

Владимир Зубков 

Директор АНО КНПЦ

"Краевой научно-практический центр мониторинга этноконфессиональных отношений и раннего предупреждения конфликтных ситуаций был создан для изучения межнациональных и межконфессиональных отношений внутри региона.

- Мы анализируем взаимодействие различных национальных сообществ, изучаем общественное мнение и отношение местного населения к иностранным гражданам, приехавшим в край: нет ли их дискриминации по языковому, религиозному или национальному признаку, - рассказывает руководитель центра, член общественного совета при главном управлении внутренней политики правительства края, кандидат социологических наук Владимир Зубков. - Информацию доносим и до губернатора, и до муниципалитетов, чтобы затем научный материал можно было использовать для принятия управленческих решений органами власти.

"Объективная картина"

Проведенные осенью 2019 года социологические опросы, в которых, по словам Владимира Зубкова, участвовали около четырех тысяч человек старше 18 лет из самых разных групп населения двух городских округов и всех муниципальных районов края, дают объективную картину межнациональных отношений.

Интервьюеры ходили по домам и в организации, анкетирование проводилось личностное, «фейс ту фейс». Кроме того, еще были фокус-исследования и опрос экспертов, которыми в каждом районе являются специалисты по вопросам межнациональной государственной политики.
- Итоги октябрьского мониторинга по межнациональным и межконфессиональным отношениям показали, что порядка 81 процента в целом положительно оценивают состояние в этой сфере, - комментирует Зубков. - Но вместе с тем десять процентов опрошенного населения считают, что здесь у нас напряженные отношения, присутствует факт национальной дискриминации, есть и конфликты, и недопонимание между различными этносами, между коренным населением и приехавшими в наш край на работу иностранцами.

Около семи процентов участников опроса испытывает это по национальному признаку, примерно пять процентов - из-за религиозных убеждений. Цифры небольшие, но все-таки это есть. И нужно стремиться, чтобы они не стали больше. В этом отношении нужно вести определенную политику.
Однако, как уточняет ученый, дискриминация по национальному признаку, по языку или по внешнему виду бывает только на бытовом уровне. Никаких запретов на вероисповедание, ограничение на виды деятельности, трудоустройство или ущемление в получении льгот, субсидий и помощи от государства по национальному признаку не наблюдается. И ни один эксперт опросов 2018-2019 годов ни в одном районе края не зафиксировал конфликта собственно на межрелигиозной или межнациональной почве.

"Мы - мирные люди"

Сравнивая Хабаровский край с другими регионами, социолог считает нашу ситуацию более стабильной.

- Это обусловлено тем, что регион образован не по национально-территориальному принципу, - говорит он. - Здесь подавляющее большинство проживающих русские, и коренное титульное население у нас русское. Но не будем забывать и о коренных малочисленных народах. Органы власти ведут большую работу по поддержке КМНС, в крае действует специальная программа. Малые народы сегодня тоже формируют межнациональную повестку - это и ситуация с выловом биоресурсов, и с мерами экономической поддержки.

И там далеко не все так просто и не все так гладко: когда возникают ситуации, когда им что-то недодали, они что-то не получили или, по их мнению, нарушаются равные права, одной народности дали больше квот, а другой меньше… Вопросы по мерам по поддержке КМНС также иногда попадают в повестку межнациональной политики. Но разница в том, что это все же больше лежит в плоскости экономики.

А если говорить о прибывших к нам мигрантах, то возникающие тут конфликты больше происходят по национальному признаку.

«Помогают» порой и СМИ - когда речь идет о правонарушениях с участием иностранных граждан, это обязательно подчеркивается: «лицо кавказской национальности, мигрант из Средней Азии…». А ведь разницы нет: кража она и есть кража, кто бы ее ни совершил. Как и ДТП или драка. Но часто информация преподносится с такой позиции, что возникает неприязнь. Хотя среди людей любой национальности есть правонарушители.

Руководитель центра отмечает двоякое отношение населения к иностранцам, прибывшими в Хабаровский край трудиться.

- Наш субъект РФ малонаселенный, - напоминает Владимир Зубков. - Просторы огромные, а жителей всего 1 млн. 325 тысяч, отсюда дикая нехватка рабочих рук. Востребованы квалифицированные инженерные специальности и низкооплачиваемые рабочие профессии в строительной отрасли, в сфере обслуживания, в ЖКХ, на транспорте…
Сюда и привлекают иностранцев. Однако на наш вопрос о наличии мигрантов люди отвечают: «Негативно отношусь». И зиждется это отношение, по мнению местных, на том, что иностранцы сбивают цену на условия и на оплату труда, потому что менее придирчивы и привередливы в этих вопросах. Когда спрашиваешь, готовы ли они занять эти места, получаешь ответ: «Нет, не пойду».
То есть сами мы заместить этот рынок труда не готовы. А, по идее, население края должно использовать эту ситуацию, которая подталкивает местных жителей к повышению уровня своей квалификации, навыков и умений. Если вы не хотите идти на низкооплачиваемую работу, будьте готовы тогда учиться, повышать свой уровень.

"Раньше ехали жить, сейчас - зарабатывать"

Нет остроты межнациональных отношений в нашем регионе еще, наверное, и потому, что в Хабаровском крае перемешалось столько разных народов и национальностей, что доказывать чистоту своей крови просто нет смысла.

- За эти годы ассимиляция, конечно, произошла очень сильная, - подчеркивает собеседник. - Население обрусело, приняло русский быт и русскую культуру. Смешанные семьи следуют традициям своих предков с обеих сторон, соблюдают обычаи и отмечают все национальные праздники. Но разница в том, что те когда-то приехали сюда жить, а эти - работать и зарабатывать деньги.

Вопрос ассимиляции и адаптации приезжающих сегодня в Россию иностранных граждан - это сложный процесс, здесь нельзя вести политику русификации, которая активно проводилась на рубеже XIX-XX веков Российской империей в отношении царства Польского и Великого княжества Финляндского, нельзя перегибать палку.

Да, русские традиции, наш язык и культура должны быть основой, связывающей все проживающее в стране население. Но ведь и иностранцы являются носителями своего языка, своих традиций и культурно-исторических ценностей. И для государственных институтов лезть, скажем, в каждую семью приехавших к нам рабочих мигрантов я считаю не совсем правильным.

Их сразу видно, они выделяются и манерой одежды, и разговором. Они не готовы оставаться здесь, у них не возникает потребности изучения наших культурных традиций и нашего языка, идет неприятие нашего уклада жизни. Главное, чтобы это неприятие не перешло в плоскость правонарушений, чтобы поведение было в рамках закона и не перешло в область криминала.
Они не настроены на адаптацию и не собираются создавать здесь семьи - они приехали только с экономической подоплекой. Зарабатывать деньги! Они используют нашу страну лишь с точки зрения экономической выгоды. И в этом нет ничего плохого. Это нормальная ситуация, когда более развитое государство привлекает себе трудовые ресурсы из менее развитых экономически стран.
То есть для некоторых государств СНГ мы являемся точкой роста, у нас есть потребность в таком факторе производства - трудовые ресурсы, так как сами себя обеспечить рабочей силой мы не можем. Хотя, с другой стороны, деньги из государства уходят и реализуются за границей.

Пандемия коронавируса изменила многое в мире и в жизни каждого человека. Закрытие предприятий, обострение конкуренции на рынке труда, безденежье… - для тех, кто оказался за пределами родной страны, ситуация вдвойне труднее и страшнее. Работы нет, и мигранты не знают, как долго это продлится, сколько им придется находиться в России, когда вновь откроются границы и возобновится авиасообщение.

- Часть бизнеса фактически освободилась от иностранцев, потому что не все смогли пережить этот кризис, удержаться на плаву и сохранить рабочие места, - комментирует В. Зубков. - Строительная отрасль готова принять эти высвободившиеся силы, но они не пошли. Лишь только некоторая доля граждан, оказавшихся действительно без средств к существованию, была готова работать при любых условиях, потому что дополнительных денег и источников для пополнения бюджетной корзины у них просто нет. Но рынок-то труда даже в строительной отрасли не закрыт! В строительстве наблюдается дефицит рабочей силы, а люди не идут.

Жилищно-коммунальная сфера особо не пострадала, мигранты, которые там работали, так и остались. Тем более, что сейчас на коммунальщиков возложена повышенная ответственность, связанная из-за распространения коронавируса, прежде всего, с обработкой подъездов, домов и улиц. А вот сфера общественного питания понесла большой урон в плане высвобождения многих иностранных рабочих. Кто смог, тот пристроился, но немало людей остались неустроенными, работу найти не могут. Они находятся в простое, так сказать, в отпуске без содержания, а существовать на что-то нужно. Они находятся в свободном плавании. Не исключаю даже рост преступности, связанный с какими-то бытовыми кражами и мелким мошенничеством, потому что им нужно выживать, поэтому органы власти должны быть наготове. Хотя люди понимают, что они не на родине, и под страхом наказания боятся совершить что-то. Иностранные граждане все же считают себя менее защищенными на территории нашего государства, определенный страх у них есть.

Выход из ситуации я бы видел в переквалификации и выстраивании новой рабочей технологии. Кризис - это всегда такой «санитар леса». Он заставит слабые предприятия переориентироваться, переобучиться, пересмотреть организацию - или закрыться. Это горькая пилюля, но искать выход из ситуации нужно.

Удалось же это сделать в образовании! Приведу пример из своего опыта как преподавателя Дальневосточного института управления - филиала РАНХиГС: все прошли обучение в различных программах по организации дистанционного образовательного процесса и перестроились на новый лад. Да, может быть, были потери во времени и в качестве, но постарались уйти от них.
Сегодня общаемся со студентами с применением дистанционных технологий, и никто учебный процесс не остановил. Мы смогли принять новые правила игры. Видимо, их сегодня придется принимать всем и в других сферах жизни.

Скажем, до сих пор строительные организации нуждаются в трудовых ресурсах, как в квалифицированных, так и в неквалифицированных. И в центре занятости готовы провести обучение. Сейчас нужно использовать любые возможности. Тогда мы выйдем из сложившегося положения с наименьшими потерями для каждого из нас."