Зачем негидальцу хвост

Негидальцы – один из коренных малочисленных народов Севера, проживающих на территории Хабаровского края, на берегах рек Амур и Амгунь (ныне это Николаевский, Ульчский, имени Полины Осипенко муниципальные районы).

Культура и язык этносов Приамурья во многом схожи между собой. Это вполне объяснимо для народов, живших по соседству друг с другом веками. Так негидальский язык, например, близок к эвенкийскому. Религиозные верования, частично сохранявшиеся у негидальцев практически до прошлого века (хотя в XIX веке они и приняли православие), были схожи с ульчскими, хотя, как и у каждого народа, у них были и свои отличия.

В представлении древних негидальцев, весь мир наполнен духами: дух солнца — Тий-гани, обитатели верхнего мира (бога бэйэнин) в прошлом сходили на землю и общались с людьми, синкэн — дух-хозяин тайги, всех зверей, дух-хозяин озера Чукчагил (по имени утонувшей там в древности шаманки), тамун — дух-хозяин воды. Особым образом почитали Подя — духа-хозяина огня. Все эти этнические верования нашли отражение в фольклорном наследии.

Шаманами у предков современных негидальцев могли быть как мужчины, так и женщины. Для камлания использовался особый костюм – надевали его только когда готовились к общению с духами. В повседневной жизни носить его было запрещено.

У начинающих шаманов в состав обрядового костюма входил пояс, бубен, халат или передник. Более опытные шаманы, доказавшие свое право общаться с духами, обзаводились юбками, обувью, шапками и т.д.

Профессиональные шаманы имели два костюма: один состоял из запашного халата из ткани, украшенного свисающими полосками из шкур животных, кожаной шапочки особого покроя и других атрибутов – гремящего пояса, зеркал, нагрудника и рукавиц. Второй по внешнему виду был схож с эвенкийским - обильно украшен бахромой на подоле, рукавах, вороте, полах.

Сзади негидальского шаманского кафтана подвешивали хвост – толстый жгут из кожи и меха. Эта деталь помогала придать костюму большую схожесть с образом зверя. Среди этнографов бытует и такое мнение, что в зависимости от вида хвоста, наряд шамана мог символизировать разных животных.

Более того, ученые говорят и о том, что смешение черт нескольких животных в одном шаманском наряде — это явление позднее. Первоначально же одежда шамана должна была передавать облик какого-то одного животного (или птицы).

Производимые во время камлания звуки и движения тоже символизировали звериные. Объяснение этому простое и оно, что называется, на поверхности.

Негидальцы - потомственные охотники и рыболовы, поэтом и традиционные негидальские обряды связаны с промыслами. Наиболее распространены были праздники первой и последней тропы, медвежий праздник.

Первые два устраивали в начале и в конце охотничьего сезона. Строили на краю селения небольшую юрту, рядом разводили костер. Шаман «договаривался» с духами тайги об удачной и безопасной охоте или благодарил за прошедший сезон. Непосредственное общение с духами начиналось, когда шаман впадал в транс, имитируя движения и голоса животных или птиц.

Медвежий праздник проводился раз в 3-4 года, или же после удачной охоты на медведя. В первом случае медвежонка выращивал один из членов общины, во втором — убитого зверя с почестями приносили в селение охотники. Разделывая тушу, старались оставить в целостности кости – их вместе с черепом хоронили после торжества. В празднике участвовали все члены рода, соседние общины: исполняли ритуальные песни и танцы, сообща ели медвежье мясо, обязательно руками.

Так как степень удачливости охотников и рыбаков напрямую отражалась на благосостоянии как их самих, так и их сородичей, негидальцы веками стремились применить «тайные знания», якобы помогающие добиваться поставленных целей. Вот несколько примеров распространенных действий, которые сегодня мы бы назвали «суевериями».

Перед промыслом названия рыб и животных заменяли на аллегории. Вместо «рыба плещется» говорили «листья падают», карася называли «старухой», зайца — «стариком», а медведя — «дедушкой».

Перед ночевкой в лесу на коре дерева вырезали лицо: считалось, что оно отгонит злых духов криком.

Ночью запрещалось приносить в дом воду, чтобы не принести зло.

Нельзя после себя оставлять палку, на которой висел котелок, иначе жди болезни.

Нельзя спать на одной стороне дома, спать ногами к углу, так как это приводит к смерти, потере, разрушению.

Нельзя спать на детской одежде, иначе навлечешь на ребенка болезнь.

Тотемические верования и связанные с ними специальные ритуалы довольно долго были распространены среди негидальцев. В воззрениях негидальцев о предках прослеживается связь с медведем. Так, у негидальцев существовал целый комплекс запретов по отношению к человеку, которого поранил медведь. Такого человека негидальцы называли галигда – «меченый, несущий несчастье».

Особое отношение к медведю проявляется в медвежьем празднике наска. На медвежьем празднике осуществлялось ритуальное убийство специально выращенного медведя. Череп и кости медведя сохраняли в священном месте. На медвежьем празднике использовалось музыкальное бревно из ствола лиственницы, по которому пожилые женщины барабанили двумя палочками каждая, соблюдая особый ритм.

Фото: Иллюстрация из альбома Ф.Х. Паули «Этнографическое описание народов России» (1862 г.)